Часть 3. Глава 4. У войны не женское лицо

У войны не женское лицо...

      Беспримерный героизм, мужество и отвагу проявили в годы Великой Отечественной войны женщины-летчицы. Они, в большинстве своем,  были воспитанницами советских аэроклубов. В боях отличались смелостью, незаурядным мастерством, стойкостью духа и беззаветной преданностью Родине. Летчицы не раз вступали в воздушные поединки, пробиваясь сквозь ураганный зенитный огонь противника. Время неумолимо, женщин, участниц войны, остаётся всё меньше и меньше.  Как им посчастливилось выжить? Как они не погибли в боях, уцелели? И сегодня скромно живут среди нас! А многие люди почти ничего не знают о подвигах, которые они совершили.
       Я узнала совершенно случайно о том, что у нас в Искитиме живет легендарная летчица – одна из тех, кого немцы в войну называли «ночными ведьмами», -  во время экскурсии по Искитимскому музею. В войну существовал отряд женщин,  летавших на самолетах по ночам и бомбивших врага.  В музее мне стало известно о Милентине Георгиевне Кондратовой, которая участвовала в воздушных сражениях и была несколько раз  ранена. Наверняка она многое может рассказать,  подумала я...

        Узнала адрес и телефон, и отправилась за интересными историями из жизни «ночных ведьм». И вот я в гостях у Милентины Георгиевны, женщины-штурмана! Видимо она меня уже поджидала -  на диване были разложены фотографии и приготовлены старые вырезки из газет.  Немного о ней: Милентина Георгиевна воспитывалась в детском доме. Когда ей исполнилось 14 лет,  отправилась «к себе» на Родину в колхоз «Карасев».  Проходили годы, закончила семь классов. А тут – прощай школа! Здравствуй новая жизнь!

        «У меня всегда - даже тогда, когда я  была совсем ребенком - было предчувствие, что скоро начнется война»,- вспоминая те годы, говорила Милентина Георгиевна. И ее предчувствия оказались верными.

        Юную девушку Милентину, окончившую семилетнюю школу,  зачисляют на «рабфак», позже переводят учиться в Омск. –«Помню, как собирали меня: сшили берет, купили ситцевое платье и отправили учиться дальше, в другой город», - вспоминает она. -  «По стечению обстоятельств, меня никуда не зачислили. В Омске я вступила в комсомол. Однажды  увидела лозунг: «Все - на самолеты!». Он очень привлек мое внимание, и я решила вступить в ряды аэроклуба. Через  два года, перед окончанием обучения, меня просто исключили из училища, так как я была «дочерью врага народа». Но все же начальник выдал бумагу о том, что я прошла курс обучения на самолете, и сказал: «Может быть, пригодится». Наша героиня не впала в отчаяние, а уехала в Саратов. Там ее и застала война.

Все на самолеты!         В  Саратове были военные училища, и  оттуда на фронт уходили  летчики и танкисты. Было создано специальное отделение, через него можно было попасть на фронт. Шли все желающие. Требовались солдаты, летчики, танкисты, медики:  «У кого  было удостоверение о том, что прошел курс обучения на танке, кто говорил, что является отменным стрелком, их брали сразу, записывали, говорили, когда отправляются на фронт. А кто-то шел без профессии, просто по собственному желанию», - рассказывает Милентина Георгиевна. Не теряя времени,  будущая  летчица пришла  в военкомат и подала то самое удостоверение. И через два дня ее пригласили в аэроклуб - показать свои таланты. Так, осенью 1941 года,  Милентина сдала два экзамена и прошла  тренировки на самолете У-2.   Весь личный состав  был разделен на 4 группы по специальностям: летчики, штурманы, механики и стрелки. Трехгодичный курс обучения они проходили за три месяца -  освоили штурманское  и летное дело, пилотирование самолета в ночное и дневное время.

        «Мы тренировались и днем и ночью, обучались управлять самолетами в воздухе», - вспоминает Милентина Георгиевна. – «Помню,  как нас учили ориентироваться на местности ночью, когда ничего не видно. Для этого,  закрыв кабины, нас полностью изолировали от света. Но однажды во время такого тренировочного полета вылетело шесть экипажей, а вернулось только два».

        Ну вот, зачеты сданы, обучение пройдено, и можно смело отправляться на фронт, помогать другим батальонам, уничтожать врага.  «В апреле месяце мы приехали на фронт, в район Краснодара, там мы жили на конюшне, - со вздохом вспоминает Милентина Георгиевна. - И в первую ночь, к нам прилетели на своих самолетах немцы. Они общались с нами при помощи листовок, бросали их с самолетов. А на листовках было написано: «Женщины, мы с вами воевать не собираемся». Но это  только прибавило  нам сил».

      Многие летчицы и штурманы сначала были недовольны тем, что придется летать на маленьких, не радиофицированных У-2 (ПО-2). Мечтали об истребителях, о тяжелых бомбардировщиках!.. И только позднее полностью оценили те, далеко не современные машины, наносившие серьёзный урон  врагу.  Летать на таких машинах на задание было нелегко и опасно. Спасали мастерство экипажа, быстрая реакция и  смелость летчиц. Хрупкие девушки, выполняя сложнейшие фигуры высшего пилотажа, на пределе физических возможностей, уходили от атак фашистских истребителей.

       «Ты заходишь над целью, тебя всю трясет. Все тело охватывает дрожь, потому что внизу огонь - стреляют. Летали в основном ночью. Делали до 48 вылетов  за ночь. Приземлишься  и не можешь даже выйти из кабины -  нас просто вытаскивали. Не могли даже планшет нести, тянули его по земле», - так описывает боевую работу Милентина Георгиевна.

Милентина Георгиевна Кондратова, фото военного времени       Милентина Георгиевна вспоминает и другой случай: «Было это во время боев на Кубани. В небе с обеих сторон -  свыше тысячи самолетов. В  ходе коротких радиопереговоров истребителей сопровождения я услышала, что среди них есть земляк - летчик из Новосибирска. А вскоре я смогла с ним познакомиться на разборе полетов. Им оказался никто иной, как А.И. Покрышкин. После разбора подошел ко мне и говорит: «Ну, что, штурманёнок,  лечу я скоро домой, в Сибирь, новую технику получать, каких тебе конфет привезти?» Очень я тогда обиделась, хоть и знаменитый летчик был Покрышкин,- улыбается Милентина Георгиевна, - мне, боевой летчице, конфеты предлагает! Попросила я, чтобы привез сибирский цветок - огонек, чтоб цвета такого, как солнце в День Победы. Притихли мы все тогда на полевом аэродроме. До победы -  ох,  как было далеко! И кто знал, кому из нас суждено было встретить ее...
       За  годы войны Милентина Георгиевна  летала штурманом на разных видах боевых самолётов. Так уж было предрешено судьбой, что эти воздушные героини крепили фронтовую дружбу на земле и в воздухе. «А когда услышали, что война прекратилась,  и настала победа, подбежали мы к своим самолетам, стали их разоружать и стрелять в небо, потому что больше не понадобятся снаряды», - закончила свой рассказ Милентина Георгиевна.
       Теперь Милентина Георгиевна – на заслуженном отдыхе, но в жилах еще течет та самая, горячая кровь, за которую она получила неуставное звание «ночной ведьмы» во время войны.

Работала в бригаде на Пискаревском кладбище

        Великая Отечественная война… Её страшные годы все дальше и дальше от нового поколения. Участников и очевидцев её в большинстве своём уже нет в живых, но мы обязаны сохранить память об этих страшных годах и о тех людях, которые отдали свои жизни за победу России. Судьба моей семьи неотделима от судьбы моей Родины.
Амосова Анна Алексеевна с мамой   Моя прабабушка, Амосова Анна Алексеевна, родилась и выросла в городе Ленинграде. К началу войны ей едва исполнилось 19 лет.
    За несколько лет до описываемых мною событий, семья Амосовых переехала в пригород Ленинграда – Пискаревку. Сейчас на месте, где стоял их дом,  находится Пискарёвское кладбище, куда приезжают люди со всего мира для того, чтобы поклониться могилам жертв Блокадного Ленинграда.
После окончания школы ФЗУ Анна работала разметчицей на дворе имени Кирова. Когда три её старших брата ушли на фронт, Анна пошла на курсы санинструкторов в надежде на то, что её тоже отправят на фронт. Но судьба распорядилась совсем иначе.
      Ленинградские военкоматы из молодёжи призывного возраста формировали команды особого назначения. После диверсии на Ломокинских складах, в результате которой фашисты уничтожили все запасы продовольствия в городе, Ленинград, окружённый фашистскими  войсками, оказался практически на гране вымирания. Та невероятно маленькая часть продовольствия,  доставляемая под обстрелами  с «Большой земли», не покрывала потребности многомиллионного города. Была установлена суточная норма хлеба в 125г на одного человека. Хлеб выдавался только по карточкам. В домах не было ни воды, ни отопления. Выжить в таких нечеловеческих условиях – просто чудо.
        Начался повальный мор, многие жители гибли при бомбёжках. Нужны были похоронные команды, что бы собирать трупы на улице и по квартирам, затем предавая их земле.
        Аню определили в бригаду, работавшую на Пискаревском кладбище.
       Бригада укладывала трупы, привезённые из города, поперёк траншеи, проложенной ковшом экскаватора. Если у умерших были документы, их регистрировали с определением места захоронения по квадратам. И так изо дня в день на протяжении года.
        Чтобы как-то поддержать силы работников, им к положенному суточному пайку хлеба давали ещё и баланду один раз в день, а так же спирт, который девушки меняли на овёс.
        К следующей зиме Анну перевели санинструктором при колонне машин, курсировавших по льду Ладожского озера из Ленинграда до Большой земли и обратно. Из Ленинграда вывозили раненых и истощённых жителей, обратно везли муку и медикаменты. Колонна двигалась ночью, с выключенными фарами, но это не всегда спасало. Только часть машин достигала другого берега.
       После прорыва Ленинградской блокады семью Амосовых через эвакопункт  вывезли на Кубань через Армавир. Аня оставалась в Ленинграде ещё несколько месяцев.
        Заехав ненадолго всего, где разместилась её семья, Анна не застала в живых отца. Он умер через месяц после эвакуации. Ушёл на фронт и младший брат Анны. Он дошёл до Берлина  и, единственный из братьев, вернулся домой. Два брата Анны погибли ещё в первый год войны, третий же пропал без вести.
       Армавирский военкомат  направил Анну на учёбу в Свердловскую школу Связистов. Срок обучения был мал – два – три месяца и ты уже специалист. Впереди её ждал фронт, но до него ей так не удалось дойти.
       Прибыв в Москву за назначением, Анна осталась работать в батальоне связи. В 1945 году её уволили в запас, и она вернулась в Ленинград, где её уже ждала мать.
        Сейчас потомки этого большого семейства живут в Санкт – Петербурге, Владимире, Севастополе и в городах крайнего сервера, а так же в нашем городе. Не со всеми возможна связь, нам крайне редко удаётся собраться вместе даже частично, но я искренне верю, что когда-нибудь мы все встретимся, что бы познакомится воочию и почтить память тех, кто умер на той странной и жестокой войне.
        У Анны было 25 орденов, но при переезде из Ленинграда на Украину они были утеряны. От неё остался только военный билет и орденские планки. Они находятся в Санкт – Петербурге у её младшего сына.   
                                                       13/114/1: Покидова Наталья, 9 «г»,   МБОУ ИЭЛ
 
 Я была телефонисткой
 
         Через много лет после окончания Великой Отечественной войны мы до сих пор не перестаём удивляться смелости советских женщин. Они шли на фронт наравне с мужчинами, и у каждой есть своя история, свой подвиг. Недаром про наших женщин говорят: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт». Да, на войне их погибло не мало, но мы должны помнить о тех, кто защищал нас, кто подарил нам сегодняшний день. Должны хранить тот кусочек памяти, который оставили нам ветераны, потому что это наша история, наша жизнь. Мы не можем прочувствовать те переживания, тот страх, которые люди испытывали на войне, не можем ощутить вкус горьких слез, которые проливали женщины, мужчины, дети и старики. Но мы можем выслушать и понять этих смелых людей, которые жертвовали собой ради других.
        Я хочу рассказать вам о Глушцовой Валентине Денисовне. Её история,  одна из немногих, редких судеб. Валентина Денисовна родилась в 1924 году в Новосибирской области. В марте 1941 г. поступила на макаронную фабрику «Рекорд», где работала на упаковке. В июне 1941 г., когда началась война, мирная  жизнь оборвалась. Пришлось учиться обращаться с оружием, со средствами связи, противогазом, окапываться, перевязывать раненых. Валентину Денисовну определили в 152-й армейский стрелковый запасной полк в роту связи. Затем направили в 122 армейский миномётный полк, который стоял в резерве под Ленинградом. Это было 10 января 1943 г., а 12 января получили приказ: прорвать блокаду Ленинграда.
         «Я была телефонисткой. Часто связь перебивалась, и я с аппаратом шла, искала порыв, связывала концы провода и приступала к работе. Передавала сведения и приказы», - вспоминает Валентина Денисовна. Её полк выносил трудные переходы: все время пешком, на себе автомат, аппарат связи. При выполнении заданий приходилось ползти по снегу и болотам, часами ждать, когда закончится бомбежка, обстрел. Несколько раз она находилась на краю гибели: в окопе, куда прилетит осколок, под обстрелами немцев, но ни один раз её не ранили.
        Глушцова Валентина Денисовна была награждена медалями «За оборону Ленинграда» - 1943 г., «За отвагу» - 1944г., «За боевые заслуги» - 1945 г.
        Я считаю, что это человек интересной судьбы, и когда слушаешь эти воспоминания, то невольно подсознательно оказываешься в этих местах: под обстрелами немцев, в окопах, в лесу. Начинаешь слышать звуки упавшей бомбы, крики твоих товарищей. Нужно иметь огромное мужество идти до конца и не сдаваться, особенно когда у тебя на глазах погибают твои друзья и сослуживцы. Только с помощью такой веры и такой храбрости всех советских людей мы смогли выстоять под натиском врагов.
13/136/1:Соколкина Татьяна 10 А,
МБОУ СОШ №13, г. Новосибирск
 
Война в судьбе моей семьи
(По воспоминаниям Зинаиды Петровны Дарьешиной (Минх)
 
   Рассвет 22 июня 1941 года… А рассвет был из солнца, из зелени, из синевы, пенье птиц было слышно на самых далёких планетах. Голуби за окном вылетали из мокрой травы, долго пили зарю и купались в далёких просветах! Что это было за утро после самой короткой ночи в году! Не спалось, и не хотелось. Хотелось искупаться и нежится под лучами нежнейшего южного солнышка. Моей бабушке Зинаиде Минх – 14 лет. Её семья безмятежно жила в Крыму, в семье воспитывались пятеро детей. И вдруг, как будто небо раскололось! Раскололась сама жизнь, когда этим теплым утром 22 июня 1941 года, ворвалась война. Началась Великая Отечественная война, пришлось рыть окопы. Стар и млад с утра до вечера  копали, приближалась угроза нападения немцев. Вскоре её семью и многие другие, как лиц немецкой национальности, депортировали в Казахстан, в город Петропавловск. Вот и для них начались тяжелые и суровые времена: их заставляли работать с утра до вечера, почти не кормили. Многие не выдерживали такого тяжелого труда, голода и умирали. Их, немцев, считали неблагонадёжными и  относились к ним с особой осторожностью и очень настороженно. От этого недоверия и подозрений без всякого повода становилось еще тяжелее.
       Бабушка помнит, как  их отправляли осенью собирать урожай. По пути следования им пришлось просидеть в закрытых вагонах несколько дней, так как пути были разбиты. Из вагонов их не выпускали, не кормили, давали только воду и ту в малом количестве, не хватало хлеба. Везли в сторону Кавказа, но не сообщали станции назначения. Когда были под Ростовым, слышали взрывы, выстрелы, крики людей. Было очень страшно.  
       Бабушка помнит, что первая военная зима была очень холодной, и им выдали валенки. Валенки были большие, тяжелые, жесткие, и когда вечером возвращались девушки с работы, то стирании себе ноги. Спрашивали работу строго, была установлена норма выработки. А в каких условиях жили! Жили в небольших землянках, в них было тепло, но стояло зловоние, потому что проживало много людей, и рядом находился домашний скот.
       Вспоминая эти годы, бабушка всегда плачет. Сколько пришлось пережить ей, ее близким, всему нашему народу! Сколько было пролито крови и слез, сколько было потерь!
       Сегодня она радуется, что это страшное время позади, и надеется, что дети и внуки не узнают, что такое война.                                                                       
5/53-56/1: Дарьешина Арина,
10 класс МОУ Морозовской СОШ Карасукского района
Новосибирской области, 2009.
 
Война  в судьбе  моей семьи
 
          Великая Отечественная война длилась 4 года.  Гитлеровская Германия захотела расширить свои земли и  поработить другие народы. Русские люди проявили себя героически, сразу встали на защиту Родины. Россия победила в  войне  благодаря силе  духа русских воинов и самоотверженности людей в тылу.
         Об этом я узнал впервые не из учебников и кинофильмов. Война оставила горький след  в истории моей семьи.  Моя бабушка Бокарева Екатерина Кирилловна рассказала мне о тех славных и тяжёлых временах.
         Бабушка  Катя родилась в Ленинграде в 1929 году.  Там, в ветхом деревянном доме, жила их большая дружная семья.    В 1937 году  произошла первая в её жизни трагедия.  Бабушкиного отца, как  врага народа, увезли из дома навсегда.  «Помню,  он был передовым рабочим, у нас в доме было много книг,» - говорит баба Катя. Следующая трагедия случилась  22 июня 1941 года.  «Войну встретили с ужасом, поначалу не веря, что это правда.  Никто не верил в  победу грозной армии Германии, зато все точно знали, что  Советский Союз  будет сражаться до последнего», - вспоминает бабушка.
        Ленинград оказался в кольце вражеской блокады. Самое страшное,   по воспоминаниям бабы Кати, - это голод. Чтобы выжить, ели всё: мышей, лошадей,   резиновые сапоги  и ремни. Были даже случаи людоедства. Мне страшно это представить, а бабушка всё это пережила.   Выжили   не все.  В 1942 году бабушка похоронила свою маму и сестру.  Осталось только двое из семьи.  Бабушка вспоминает: «Мама в 1942 году  умерла от голода,  и меня в тот же год увезли в детский дом в Ярославской области. Когда везли через Ладогу на пароходе,  нас бомбили, но мы остались живы. На поезде нас кормили, мы просили добавки, а нам отвечали: «Миленькие, вам нельзя, потерпите».
        Бабушке Кате тогда было 12 лет, как мне сейчас. В этом возрасте она осталась сиротой без родителей.  Она говорит, что всю жизнь благодарна   всем воспитателям детского дома.  Они выходили и не позволили впасть в отчаяние обездоленным детям. А вообще, бабушка говорит, что в годы войны даже дети были так сильны духом, что сломить их было невозможно.
         Бабушка рано повзрослела и научилась выживать в самых трудных ситуациях.  Она окончила 9 классов. Вышла замуж и родила троих детей, которых сумела прекрасно воспитать. Сейчас она жива и здорова. Живёт на ОбГЭСе.  У неё четверо  внуков. Один из них я – Бокарев Станислав. Я люблю слушать бабушкины рассказы про «старую» жизнь. Она очень любит свою страну, гордится её историей и тем, что все трудности пережила вместе со своей Родиной. Благодаря бабушке, это чувство патриотизма есть и во мне. Я хочу его, не растратив, сохранить для младшего поколения Бокаревых и наших потомков. Они ведь обязательно будут, потому что есть мы, потому, что живём в мирное время в миролюбивой стране.
Бокарева Екатерина Кирилловна        Бабушка Катя  привыкла трудиться. Она работала до 64 лет. Сейчас  Екатерина Кирилловна на пенсии, но занимается общественной работой.    Она  председатель общества «Ладога» - блокадники Ленинграда.  Ещё бабушка пишет стихи,  прекрасно их читает на домашних праздниках и великолепно поёт.  В течение пяти лет она была председателем бардовского общества « Комелёк», принимает активное участие в школе пожилых людей и литературно-музыкальной гостиной.
        Бабушка Екатерина Кирилловна научила  младшее поколение нашей семьи  помнить  и чтить своих предков.  Свою бабушку я уважаю за то, что она пережила такое трудное время и осталась   добрым  и отзывчивым человеком. Я считаю,  что война - это одно  из самых ужасных событий, которое  может произойти на Земле.  Чтобы трагедия не повторилась, надо помнить Великую Отечественную войну. Знать, какой ценой нам досталась Победа!        
          Для моей семьи это  - дорогая цена.  Именно поэтому 9 мая  каждый год мы ездим на Монумент Славы и возлагаем цветы. А бабушка говорит, что, глядя на Вечный огонь, она вспоминает пылающий, умирающий от голода и холода блокадный Ленинград. И слёзы появляются на глазах. У всех!                                 
 
Моя биография (Стихи Е. К. Бокаревой)
Я дочь врага народа,
Загубленного властью,
Лишённого жены и четырёх детей.
Мы крепкая порода:
Все вынесли несчастья,
Трудились для страны,
Для жизни, для идей.
Но не герои мы,
Мы сломленные духом,
Покорностью тупой,
Жестокостью владык.
Для узников тюрьмы
Земля пусть будет пухом,
Она одна утешила
Их боль в последний миг.


13/471/1:Бокарев Станислав, 6А класс,
МБОУ СОШ № 86 Ленинский район  г. Новосибирска.
 
Шеховцова Ефросинья Николаевна - уроженка села Яркуль
 
  Выросла в зажиточной семье верующих людей. Дед Петрован, так его звали, по материнской линии, был богатым. Имел в хозяйстве 400 баранов, 70 лошадей, 50 коров. Нанимал работников: 7 человек работало да все члены семьи помогали. Отец Николай Егорович Ябров, женившись на дочери Петрована, Варваре Петровне перешел жить к ним. А деда раскулачили и сослали как кулака в Нарым, бабушка по дороге умерла, а деда потом 4 раза садили в тюрьму.
   В семье родителей было 9 детей. Всех выгнали из дома. Дом заколотили, сараи разрушили, а мы остались под открытым небом, сидели на телеге и спали под ней. И так было до глубокой осени, а затем приехал представитель из района и разрешил взломать замок и войти в дом», - вспоминает Ефросинья Николаевна.
Были перегибы у Советской власти, но родители вступили в колхоз. Проучившись всего 3 класса, Фрося стала работать и по дому, и в колхозе.
     Пошла учиться со своей подругой Тасей на трактористок. С 1940 года и до самого дня Победы работала на тракторе.
     «Судьба распорядилась своеобразно. В ночь перед Рождеством в 1945 году гадали с девчонками, и увидела я в зеркале, что идет военный с костылем. Погадали-погадали да и забыли. А я любила парня из соседнего села Мальково, он ушел на войну и погиб. Однажды мы работали в поле, вдруг подъезжает телега, выходит уполномоченный из района и с ним военный с костылем, назначили его бригадиром тракторной бригады. У меня сразу в памяти возникло гадание. Девчонкам говорю: - Моя судьба идет. И действительно бывший фронтовик Шеховцов Андрей Дмитриевич стал моим мужем. Отличался своим суровым нравом, докучал ревностью. Родила 3 детей. 17 лет прожили вместе, пытались уехать на его родину, в Курскую область, но и там жизни не было. Так я вернулась в родное село одна с детьми», - вспоминает Ефросинья Николаевна.
         Снова работала трактористкой, хлеб возила на элеватор, таскала мешки, пасла скот, затем рыбачкой на рыбозаводе работала.
Одежда была плохая, рукавиц не было, промерзали до мозга костей. Но сидеть дома не было за кем, так как поднимать детей надо было.
         «Вот и выросли дети, и пенсия хорошая, да здоровья нет. Все болит. Но всегда помню бога и молюсь за своих детей и внуков, и за всю молодежь земную каждый день молюсь. Пусть они не испытают того, что мы пережили. Пусть учатся и живут счастливо. Пусть никогда не будет войны», - так заканчивает свой рассказ Ефросинья Николаевна.
6/24-29/1: Члены ВПК «Патриот» - Загородняя Ирина
Руководитель клуба Передериенко Г.А. МОУ Яркульская СОШ
Купинского района Новосибирской области
Я вернусь, мама


            Прошла война, прошла страда.
            Но боль взывает к людям;
            Давайте, люди, никогда
            об этом не забудем.
            Пусть память верную о ней
            Хранят об этой муке,
            И дети нынешних детей,
            И наших внуков внуки.


          Мелькают с телеэкрана кадры фильма «Я вернусь»… В главной роли – Елизавета Боярская, русская военнопленная в Германии. Смотрю фильм, а на память приходят воспоминания о моей бабушке, которая тоже пережила подобное в годы Великой Отечественной войны. Не прошла мимо нашей семьи война, коснулась она не только мужчин, но и женщин. Как рассказать об этой горькой судьбе? Где найти слова любви и признания одному из близких людей, моей бабушке Ильницкой Марие Сергеевне? Ныне она покоится на сельском кладбище, а о её нелёгкой жизни узнаю лишь по воспоминаниям близких родственников.
           Говорят, что у войны не женское лицо. А как смириться с тем, что миллионы женщин стали её жертвами? Не долюбили… Не доели… Не доспали…Остались вдовами с малыми детьми на руках.
           Родилась моя бабушка в 1926 году в селе Александровка Карасукского района. Ещё до войны семья, где было четверо детей, переехала на Украину в город Мариуполь. Пожалуй, этот переезд стал роковым для семьи: братья и отец ушли на фронт, брат погиб, а юную Машу, пятнадцатилетнюю девчонку, вывезли за пределы Советского Союза в Германию.
Её вместе со сверстниками привезли на военный завод, где взрослые военнопленные делали бомбы и снаряды для немецкой армии, а подростки – котелки, чашки, кружки для той же армии.
          О жизни в бараке, о еде – самые жуткие воспоминания. Кормили плохо: баланда из картошки, отрубей, крапивы. Избиение дубиной и кровавые рубцы на теле до сих пор – за самые малейшие провинности.
 
       Бабушка, сердце сжимается болью.
       Как нестерпимую боль передать?
       Выжила, выстояла наша родная,
       Русские не привыкли на коленях стоять.
        
       Прошло три года плена. Не пятнадцатилетней девчонкой, а восемнадцатилетней девушкой она узнала о своём освобождении.
       Утро. Барак открывается и все узнают о счастливой вести: американцы захватили военный завод. Пленные освобождены. Слёзы радости у всех на глазах.
       Трудной была дорога домой: на товарном поезде, на машинах, подводах, пешком. Вот он родной Мариуполь. Но как изменился его облик! Чёрные ямы, следы бомбёжек, останки сожжённых зданий. Трудно было войти в дом, от которого уже, и отвыкла. Но не было большего счастья, чем встреча с родными. Вскоре возвратилась на Родину – в селе Александровка, в милый сердцу уголок. Это лишь небольшая страница из жизни моей бабушки.
         В дни памяти всей большой семьёй (у бабушки родилось семеро детей) идём низко поклониться её праху и говорим о её нелёгкой судьбе.
5/5/1:Лотарева Мария, 9 класс МОУ Александровская СОШ
Карасукского района Новосибирской области
 
Войной люди проверялись на прочность и надёжность
 
     Бабушка моя родилась до войны, 12 февраля 1930 года в семье колхозника.
     Дом Челединовых был расположен на берегу реки Орды. В доме проживало несколько семей, братья и сёстры отца со своими семьями. Детей было много, но все были под чутким руководством бабушки  Нюры. Жили зажиточно и дружно. Много работали. Это были самые счастливые дни детства.
      Но началась война… Деревня была лишена мужских сильных рук. И мать стала работать звеньевой бригады косарей. Женщины косили, А ребятишки 8-10 лет подскребали скошенное сено. Была создана бригада из детей под руководством взрослого.
Они занимались прополкой сорняков на полях, осенью лопатили зерно на току, зимой снег от баз откидывали.
     Было холодно и голодно. Зимой отапливать дома было нечем. С ребятишками ходили в лес, собирали чащу (хворост), топили печь, лишь бы тепло поддержать. А ещё летом кизяки заготавливали. Это такие кирпичики из навоза, которые сначала формировали, трамбовали, а потом сушили. Мяса не видели. Вместо картошки варили порой одну кожуру. А летом ели щавель, пучки, саранки.
      Из саранок варили кашу, из крапивы суп.
      Хлеба работающему давали 700 граммов, а не работающему – 200 граммов. Есть хотелось всегда.. По молодости лет это бабушке казалось не таким страшным, когда рядом были родные и близкие люди.
      Но однажды подъехал к её дому «чёрный воронок». Отец в то время был на фронте. Поздним вечером мать увезли в неизвестном направлении, как потом оказалось за читушку (маленькую бутылочку, четверть литра -редактор) молока, которую она принесла с фермы голодной дочери.
      Двенадцатилетняя девочка осталась дома. Работала, как могла. Жила одна, как могла. Голода, до сих пор с ужасом вспоминает, как изнурял неутолимый голод. Иногда ночами снились одни и те же 2 буханки свежего хлеба с зажаристой корочкой. Такого хлеба она наяву не встречала, но во сне видела, и так привыкла к такому сну, что даже во сне видела, как она хочет эти 2 буханки увидеть и боялась, чтобы они из её сна не пропали. Иной раз голодная ложилась спать и желала поскорей уснуть – может быть, хотя бы во сне сытой жизнью пожить. Зимой в морозы выходить из дома было не в чем.
      С приходом весны становилось веселее, а летом – босиком. Если у кого-то была обувь на лето, её берегли: сходили по делам, а домой возвращались босыми, обувь несли в руках, чтобы на долго хватило. Если нога вырастала, то обувь переходила младшему. Ей порой обувь поношенную отдавали, приговаривая «ещё крепкая, почти как новая».  И так продолжалось целый год. С приходом весны – легче: появлялась трава, на соснах появлялись почки –пестики, травяные побеги указывали, где можно было выкопать корень – всё это становилось едой. Люди помогали, кто отрубей даст, кто картофельных драников и крахмала на кисель. О хлебе только мечтали. Урожаи были низкие, весь хлеб сдавали государству, себе иногда и на семена не хватало, а взять было негде, купить – не на что. Хлеба у людей не было, поэтому никто с ней не мог им поделиться, хотя все сочувствовали. Не одна она в селе сиротой жила, много в то время народу «с сумой» ходило, у кого из семьи работников в тюрьмы ни за что забирали. Мать вернулась из заключения больная, нервы подорваны, работать как прежде больше не могла. Бабушка, ей исполнилось 13 лет, пошла работать на ферму, чтобы обеспечить себя и мать. Работа вручную, тяжести несёшь, сколько можешь поднять – и даже если не можешь, тянешь из последних сил.
      Много бед и несчастий принесла война! Был убит на фронте отец. Похоронки на родных и близких приходили каждый день. Плач и стон стояли над деревней. Но молодость есть молодость. Она брала своё. В перерывах  между трудной работой пели песни, а то и пляски затевали. Люди жили дружно, помогали друг другу, чем могли. Бабушка всегда говорит, что войной люди проверялись на прочность и надёжность.  
       Хлеб в нашем доме бабушка Маруся до сих пор стряпает сама. Большие белые булки не похожи на магазинные. А какой он вкусный и душистый! Никогда не забудет она своего голодного детства. Поэтому всегда на нашем столе свежий, запашистый хлеб.
17/3/1: Челединова Анастасия, 6класс, МБОУ Усть-Луковская СОШ
Ордынского района Новосибирской области
В оккупации
 
       Русские отступали. Тех,  кого не  взяли  на войну военкоматом, образовали  партизанские отряды и уходили в глубь леса.
Партизаны помогали русским солдатам.  Они взрывали дороги, железнодорожные  линии, сбивали немецкие самолёты. А немцы наступали и наступали на земли Белоруссии, Украины. Шли колонны немецких автомашин везли пушки, снаряды, продукты для  своих немецких солдат.  Останавливались в селах, расселялись по домам белорусских крестьян. Взрывая дороги, партизаны отступали в глубь леса, и немцы, что бы пройти дальше на восток машинам, собрали всех детей- подростков, женщин, стариков и  объясняли им, что они должны работать: восстанавливать дороги, зарывать ямы от бомбёжек. Если кто откажется выходить на работу- расстрел.
      Екатерине Ивановне в ту пору было 14 лет, она со своими  сверстниками и жителями села работала на немцев под дулом немецкого автомата.
Котова Анна Михайловна    На каждого жителя села был выдан своеобразный документ, удостоверяющий его личность. На тетрадном листке написана справка, где значились:  фамилия, имя, отчество,  цвет глаз, цвет волос, рост, вес, одежда, в которой ходили на работу.
Перед работой,  было построение, и каждого проверяли по этой справке. После работы - тоже самое. Цель проверки: чтобы  не прошли партизаны в село,  и никто не ушёл  из села. Работа заключалась в том, чтобы закрывать воронки на дорогах после бомбёжек. Привезут машину камней, земли, высыпают  возле ямы, а рабочие должны закидать  лопатами яму и заровнять. Когда не было бомбёжек, рубили  лес те, кто постарше, а кто помладше  чистили сучья, пилили по 2 метра лесину. Лес  загружали  на составы и увозили немцы в Германию.  Так же  резали  торф,  укладывали на составы,  и он отправлялся в Германию. Всех, кто  работал на немцев,  кормили в немецкой кухне: похлебка  и хлеб 200 грамм  на половину с опилками. Но не только приходилось работать на немцев  Екатерине Ивановне и её семье. Они как могли,  помогали партизанам. Мама, Екатерины Ивановны по ночам выпекала хлеб для партизан. К  утру,  они приходили и забирали его. Приходилось не раз рисковать  их семье своей жизнью, скрывая в подполе партизан.
     Когда жители села узнали, что наступают русские, они  стали угонять свой скот в лес, прятали продукты, одежду от немцев. Уносили с собой всё, что можно было.
    (Справа Кривощекова М.В. , прииск, август 1952 г.) Ведь немцы, узнав  о наступлении русских, поджигали дома, сараи, рушили всё, что было на их пути.
     10 октября 1943 года русские освободили село Гичи от немецких фашистов. До мая 1944 года было в округе тихо, русские готовились  к наступлению: подтягивали пушки, подвозили снаряды, боеприпасы, сделали и бомбоубежище. Готовилась и эвакуация детей не только из села Гичи, но  и со всей  Белоруссии. В конце апреля уже  опять начали летать самолёты, высматривать, выслеживать. Со стороны немцев начались обстрелы немецкими самолётами. Русские грузили  на эшелоны скот, в вагоны людей и увозили  под Смоленск. Уезжала и Екатерина Ивановна со своей семьей. Немцы, узнав, что увозят  людей, начали бомбить составы. Железная дорога была разгромлена,  а рядом и станция Краснова.  До Смоленска эшелон не дошел. Расселяли всех беженцев по селам в крестьянские избы, где даже не было пола, спали на земляном полу. Когда  все устроились, повезли нас на работу в город Смоленск. Приехав в город, мы  увидели, что дома и другие здания разрушены, на улице убитые люди.
      Часто вспоминает Екатерина Ивановна  военные годы, рассказывает свои воспоминания детям, внукам, сейчас ей 82 года, но она хорошо помнит ту страшную войну.
     Невольно думаешь, что  Екатерина Ивановна, Анна Михайловна и многие другие женщины, труженицы тыла сродни героиням некрасовским женщинам – трудолюбивые и стойкие, на каких мир всегда держится.  Не самое главное выжить, надо остаться самим собой, быть в ладу с совестью.          
23/14-18/1   
Баба Мотя
 
     Баба Мотя слыла когда-то на селе первой красавицей. Но время неумолимо. Скоро ей исполнится 87 лет. От непосильной работы сгорбилась спина, стали плохо ходить ноги. Лицо уже давно изрыто морщинами, большие темные руки в узловатых жилах. Но я люблю эту старушку: люблю её прищуренные добрые глаза, часто подернутые слезой, люблю ее певучий голос, люблю ее рассказы.
     Многое помнит баба Мотя: и коллективизацию, и раскулачивание, и время массовых репрессий, и войну, и освоение целинных земель. Несмотря на преклонный возраст, память у нее прекрасная, да и рассказчица она еще та. Всегда-то она все приметит, вовремя вставит свое мудрое словцо, и после разговора с ней долго размышляешь и вспоминаешь сказанное. Так было и на этот раз.
     - Родилась я  25 мая 1921 года в селе Киша Ремонтинского района Ростовской области. Закончила школу, работала в селе. В 1941 году вышла замуж за Ивана Семеновича Литовкина. Вышла по любви, жили дружно да ладно, весело. А когда поняла, что жду ребенка, не ходила – летала от радости. Беда пришла нежданно- негаданно. Началась война! Ванечку на фронт забрали. Одной тяжело было, вот и перебралась  жить к матери. Вскоре после рождения сына, оставив его с мамой, вышла на работу телефонной связисткой. Кроме этого, помогала совхозу, да и свой огород, хозяйство отнимали немало сил. Но жаловаться не ко времени: все жили так, работая под девизом: «Все для фронта, все для победы». Единственная радость – письма с фронта да сын. Считала каждый день разлуки с мужем. Сердце замирало, когда почтальонка подходила к нашему дому (многие в селе уже получили похоронки). Но беда поджидала в другом месте: заболел и умер сын. Почернела вся, осунулась, не сердце – камень. А мысль одна: как Ивану скажу, что сыночка нашего не уберегла. Теперь только и жила надеждой встретиться с ним, хоть одним глазком его увидеть. Ходила, как заведеная, никого не видела, ничего не слышала.
Однажды пришла на работу, а моя сменщица, Полинка, сидит с глазами, полными ужаса, и вся трясется от страха.
   - Что с тобой? – спрашиваю.
   - Немцы, - дрожащим голосом произнесла она, - немцы близко!
   Через несколько дней в село пришел враг. Вечером мы сидели с мамой за столом: каждому по две картохи да небольшой кусочек хлеба. Скрипнула дверь – на пороге показался немец. Мы онемели. Тишина… Только слышно, как бьется о стекло муха. Он подошел к столу, взял хлеб и съел его.
   Немецкие танки, мотоциклы, машины были повсюду. Немцы расселились по домам, в школе сделали штаб. Соседнюю деревню, где жители пытались оказать сопротивление, сожгли дотла. Несколько человек у нас в селе расстреляли. Жили в постоянном страхе и голоде: фашисты забирали все. Слышали, как убивалась соседка, когда немцы увели корову, единственную кормилицу (а в семье детей шестеро), но помочь ничем не могли. У нас тоже все яички, молоко, зелень и овощи с огорода забирал наш «постоялец».
   Однажды мама доила корову, он пришел в сарай, стоит и ждет, улыбается. «Ну, - думаю, - все! Попрощаемся и мы со своей буренкой!» А он забрал молоко и сказал: «Спасибо, матка».
   Это сейчас я понимаю, что он, по сравнению с другими, был неплохой: нас не обижал, помогал даже иногда. Но тогда ненавидела его лютой ненавистью. И знаешь, самым трудным в то время был не голод, не страх, а невозможность выразить свою ненависть. Ни словом, ни взглядом. Убить могли сразу же. Вот и ходила, потупив глаза. А когда наши стали наступать, немцы совсем озверели. Но страшно было уже умереть не от фашистской пули, а от нашего снаряда. Столько времени ждали: почитай, лето, осень и зиму под немцами жили!
   Во время бомбежки прятались в погребе. Об одном бога молила: только бы в живых остаться. Один раз почти два дня в погребе провели. Бой был страшный. А когда выбрались да наших солдатиков увидели, были безумно рады. Уж и не знали, куда их усадить, чем угостить. Помиловал нас Господь! А людей-то погибло тогда немало. Схоронили всех, поплакали… Но жизнь идет своим чередом. Первым делом избу с мамой отмыли, чтоб и духу немецкого не было. А тут и весна пришла. Сев, посадка – завертело, закрутило всех. Да и радостно: наши-то гонят фрицев, скоро войне конец.
   - Пойду я, дочка, прилягу, устала что-то, мне ведь без годочка – девяносто,- смахнув слезинки со щеки, сказала баба Мотя.
   В доме стало тихо, только постукивали на стене ходики. Вот ведь как бывает: бежишь куда-то, торопишься, стараешься все успеть в бешеном ритме сегодняшней жизни, а в себя заглянуть, поразмыслить, времени не хватает.
   У Матрены Григорьевны Литовкиной времени предостаточно. Сейчас она живет в городе Обь вместе с сыном, родившимся после войны. Спешить ей некуда. А я, бывая у нее в гостях, изучаю историю нашей страны не по книгам, а по рассказам бабы Моти.
   Вечно скорбит моя страна по утратам  в многочисленных битвах за свободу. И всегда замирает сердце, когда смотрю на сгорбленных старушек у памятников и обелисков. Почему мне не хочется говорить громких слов, вообще - ни о чём говорить, а хочется просто поплакать?      
14/58-62/1:Кардаш Надежда, выпускница 2008 года МОУ Коченевская СОШ № 1,
р.п. Коченево, Новосибирская область.
      
Женщина и война
 
Молодой боец Р. Ф. Стремякова      Участников патриотической экспедиции нашего детского дома Клавдия Ефимовна встретила на пороге своего дома. Она непринуждённо общалась, расспрашивала об учёбе, друзьях, наших занятиях, в каких условиях мы живём и как питаемся. О себе рассказывала скромно, мысленно погружаяПервая награда – медаль «За боевее заслуги» Стремяковой Р. Ф.сь  во времена своей молодости. А её молодость совпала с временем войны:  восемнадцатилетней девушкой,  поБерлина, за освобождение Праги и орден Отечественной войны.  
     До ухода на заслуженный отдых,  Клавдия Ефимовна трудилась в сфере обслуживания.  Она заведовала магазином,  трудилась в системе райпотребсоюза.  Ей исполнилось  86 лет.  О войне Клавдия Ефимовна вспоминает со слезами на глазах. Она пережила столько за годы войны, сколько обычный человек не переживает за всю жизнь. 
     В её голосе - дрожь, когда она начинает говорить, вспоминать о войне, и слёзы появляются на глазах сами собой. Когда пришла пора прощаться, мы ощутили, что наш приход не был случайным – мы, также, как Клавдия Ефимовна нуждается во внимании, нуждаемся в общении с такими неординарными необычными личностями, с людьми из времён сильных и горячо любящих Родину и саму жизнь людей.     
      Так давайте же не забывать и больше вспоминать о стариках!
 
11/19/1:Коваленко Любовь, Воробьёва Маргарита 9 класс;
Сашенко Н. Н.-руководитель экспедиции МОУ для детей-сирот и детей,
оставшихся без попечения родителей,
Черепановский детский дом – школа № 5 имени Героя Социалистического Труда Лыкова Г. Д.
 
Сильная женщина
(О моей прабабушке – фронтовичке Даниленко Кирьяне Алексеевне)
 
        Я появился на свет, когда прошло 52 года со дня окончания Великой Отечественной войны. Полвека – много или мало?.. Сегодня мне 12 лет. Думаю сколько бы ни прошло времени, война остаётся самым страшным испытанием, самым больным эхом в истории каждой семьи.
        Я очень люблю свою прабабушку – Даниленко Кирьяну Алексеевну. Мы с ней -  большие друзья. С бабушкой никогда не бывает скучно: вместе играем, поём, она рассказывает сказки и знает их превеликое множество.
         Несмотря на свой возраст, бабушка всегда занимается чем-то по дому: прядёт шерсть, бьёт масло, пасёт гусят. Сказывается её многолетняя привычка к труду, да и фронтовая закалка.
Германия, 1945 год. (Осекина К.А.-слева)    Каждый год 9 мая бабушка Кирьяна надевает свои медали, ордена. Я с любопытством их всегда рассматривал, распрашивал. В них – весь боевой путь старшего сержанта Кирьяны Осекиной. Среди наград -Орден Красной Звезды, Орден Отечественной войны IIстепени.  Одной из самых дорогих для бабушки была медаль «За боевые заслуги». Бабушка всю войну  была на передовой. «Оружием», которым она сражалась, была полевая кухня. Повар на фронте постоянно подвергался смертельной опасности. Фашисты усиленно охотились за полевыми кухнями, понимая, что голодный солдат теряет боеспособность. Обнаружив дымок, обрушивали шквал огня. Много поваров погибло в годы войны.
     Провожая на фронт дочь осенью 1941 г., Мария Осиповна, мама моей прабабушки, сказала, что будет молиться за здоровье своей Кирьяны, за победу над врагом. Может, и, действительно, спасли дочь горячие материнские молитвы!
    Фронтовые дороги протянулись на полсвета. В составе IIIБелорусского фронта прошагала от Звенигорода (под Москвой) до Вильнюса, Кёнигсберга. А потом – в конце лета 1945 г.- Дальневосточный фронт. Моя прабабушка участница двух войн и награждена медалями «За победу над Германией» и «За победу над Японией».
        На фронте встретила Кирьяна воина-сибиряка Даниленко Дмитрия. После демобилизации вместе приехали в его родное село Метелёво Купинского района. Так и осталась Кирьяна из Вологды в далёкой Сибири. Только для сибиряков имя Кира было каким-то незнакомым, её стали звать Ира. Она была единственной женщиной-фронтовичкой в округе. Кирьяне, закалённой и в труде, и в огне сражений, любое дело было по плечу. Сильная женщина, труженица, защитница, победительница – вот такая моя прабабушка Кирьяна Алексеевна. Я часто нахожу в себе общие с ней черты характера, и это меня нисколько не огорчает.
6/23/1:Ткаченко Алёша,
6 класс МОУ Новосельской СОШ
 
Рассказ «Таня»
(Рассказ составлен по материалам интервью с участником Великой Отечественной войны В. Даниловым)
 
           Когда началась Великая Отечественная война, Филимоновой Тане было 17 лет. Юная комсомолка не могла оставаться спокойной в то время, когда враг вероломно и безжалостно топтал просторы любимой Родины. Ее сердце переполняла ненависть к врагу, в нем созрело решение, во что бы то ни стало попасть на фронт. Недолго думая Таня отправилась в районный военкомат. Ее внимательно выслушали, но ответ был – нет! Убеждали, что таких не берут. Но не такой был характер у нее, чтобы сдаться. Шла снова и снова, убеждала, доказывала, спорила, просила отправить на фронт. Видя, с каким упорством и желанием она отстаивает свое решение, военком сдался. Его поразили настойчивость и решительность девушки. Не у каждой девушки был такой упрямый характер.
         Таню направили учиться на краткосрочные курсы медсестер с условием, что, если сможет закончить их, то непременно будет отправлена на фронт. Радости у девушки было хоть отбавляй. Еще бы! Ежедневные занятия, тренировки, тактическая подготовка, вынос «раненых», перевязки. Почти как на фронте, только что без разрывов снарядов и стонов раненых.
         Несмотря на то, что требовательность на курсах была большая, Таня была очень довольна. Про себя повторяла: « Ничего, все выдержу, на фронте еще труднее, только бы скорее окончить курсы и на фронт». Приходила домой уставшей, полуголодной и, упав на кровать, крепко засыпала с мыслями « Только на фронт, туда, на передовую, где очень нуждаются в помощи раненные бойцы». А утром чуть свет опять бежала на занятия.
         Курсы Таня окончила на отлично и сразу же была зачислена в Сибирскую гвардейскую стрелковую дивизию. Эшелоны увозили маршевые роты на запад. В одной из теплушек вместе с другими девушками-сибирячками ехала и Татьяна Ивановна Филимонова - медсестра. Воодушевленные стремлением быть нужными там, на фронте, девушки пели песни, махали платочками на каждой станции людям, пришедшим проводить взглядом эшелоны.
         Год 1941-й, самый страшный. Враг рвался к Москве. Спешно формировались отряды. Прибывшие маршевые роты уходили на фронт.
          Первое боевое крещение Таня получила в сражении за Москву. Гвардейская дивизия, в состав которой попала Филимонова, отстаивала столицу нашей Родины -  Москву. За Москвой Ржев, Волоколамск, Великие Луки.
         В сражении за Великие Луки враг часто переходил в контратаку, стремясь окружить и уничтожить советских солдат. Но, ни тут -  то было. Наши стояли твердо, на смерть. Поднимались навстречу врагу с винтовками наперевес и шли врукопашную. Медсестра шла как солдат, вместе с другими, одно только ее отличало – медицинская сумка. Когда появлялись раненые, спешила им на помощь.
Вот еще один раненый, такой же  молодой, как медсестра. Таня бежит к нему. Лейтенант, ранен в голову. Спешно оказывает ему необходимую помощь, взваливает себе на спину и по-пластунски ползет в укрытие. Раненый лейтенант бредит, машет руками, мешает медсестре передвигаться. Таня одной рукой сжимает ему руки, не давая свалиться, и снова ползет. В голове в это время только одна, единственная мысль: только бы  доползти, только бы не умер. Небольшая передышка, вытерла пот, застилавший глаза, и опять вперед. А враг наседает. Впереди показалась помощь. Это санитары. Таня передает им раненого и снова бежит на поле боя.
         Ну что это? Ползет с поля боя солдат, ползет быстро, скрываясь в воронках. Таня рванулась ему наперерез. Парень показал на раненую руку. Осмотрела рану. Она оказалась легкой. Повезло солдату – пуля не повредила артерии и кости, а прошла в мякоть, на вылет. Но новобранец просился в санбат, Таня, как могла, пристыдила его: «Возвращайся в строй, к товарищам. Сейчас дорог каждый боец. Рана легкая, оружие держать можешь».
         Не ошибся в Тане военком - характер у девушки действительно оказался твердым, не посмел ослушаться солдат, вернулся назад, на передовую. А медсестра продолжала искать раненных, вытаскивать их из-под огня, делать перевязки. При этом успевала, кого надо, уговорить, успокоить: «Потерпи немного, сейчас легче будет». Доставала солдатскую фляжку с водой, прикладывала к воспаленным, пересохшим губам раненых. А вокруг свист пуль и разрывы снарядов. Надо бы пригнуться, отсидеть в воронке, но не о себе думала в этот момент медсестра, а о раненых ребятах, о каждом солдате, который нуждался в ее помощи. Вот опять доносится еле слышно «Сестричка, помоги!». Таня ползет на голос. Вот она, воронка. Силясь вылезти из нее, цепляясь за комья земли, обессиленный солдат ронял голову, но держался, чтобы не скатиться вниз. Она схватила его за плечи, помогая вытащить грузное, тяжелое тело. Но тщетно. Крепко вцепилась одной рукой в гимнастерку солдата, другой за траву на бугорке и потянула. Раненый всеми силами пытался помогать, хотя силы его уже были на исходе. Таня подбадривала, успокаивала солдата.
         Когда прошли половину пути, она напоила его водой, разорвала гимнастерку, чтобы осмотреть рану. Ее предположение оправдалось – ранение было тяжелое: в грудь, в ключицу, в ногу. Нельзя было медлить ни минуты. Девушка быстрым привычным движением рук наложила тампон, перевязала истекающие кровью раны на груди, разрезала сапог, забинтовала ногу. «Спасибо, дочка»,- прошептал солдат. Ему было за пятьдесят. Добрые, улыбчивые глаза и крупные морщинки на лице, виноватый взгляд. Мол, вот я какой: взрослый мужчина, беспомощный, грузный, бесполезный. «Ничего, папаша,- ласково ответила Таня, встретив его виноватый взгляд - вот отнесу  в санбат,  вас вылечат, и снова воевать будете, вернетесь домой,  к детям, приедете с Победой».
Немцы снова открыли ураганный огонь. После артподготовки наша пехота пошла в наступление под прикрытием танков. Таня вместе со всеми. Полоснули по фашистам из всех видов оружия, захлопали  сорокапятки, застрочили пулеметы. В этом бою Таня выстрелила в худощавого немецкого офицера, который упал, вытянув вперед руки.
         По полю прокатилось громко  мощное  «Ура!». Гвардейцы перешли в контратаку. Свист пуль, разрывы снарядов, стон мин, а медсестра ползет, спешит туда, где, истекая кровью, лежит солдат. Привычными движениями делает перевязку и выносит из огня. И так каждый день до победного мая 1945 года.
          Вместе со своей гвардейской дивизией прошла Татьяна Ивановна Филимонова от Москвы до  западной государственной границы. Сотни спасенных солдатских жизней на счету боевой медсестры, верной подруги солдат.
     1/5-10/1: Транкина Марина,
ученица  8 - го класса Убинской  СОШ  № 2.
 В ноябре месяце у меня исчезла хлебная карточка, и весь месяц, с 7-го ноября, я жила без хлеба, только на столовском питании. Спасибо великое товарищам по работе: несколько раз делились они со мной кусочком хлебушка при норме 250 грамм в сутки. Если сегодня разрезать булочку Бородинского хлеба на 4 части, то это и будет 250 грамм.
     
Из архива Чечиковой Л. К. (второй ряд вторая слева), Венгеровский район
 
630091, г. Новосибирск, ул.Советская, 52/2. Телефон/факс: 8 (383) 243-58-00. E-mail: ogpv@ngs.ru